Глава третья. Чулки и подвязки
Иногда, два-три раза в неделю, Андреа ночевала у Сержа. В это субботнее раннее утро, когда он с Антоном ушёл на прогулку, она сладко спала в его затемнённой спальне на огромной белой кровати. Весь спальный гарнитур был белый – колониальный стиль, шутил Серж. Красивое тело женщины, спящей на животе, обняв подушку и разметав по ней густые светлые волосы, было обнажено. Стройные сильные ноги, широкие бёдра при узкой талии, спина без капли жира – Сержу трудно было не остаться в постели рядом с такой соблазнительной женщиной, когда он встал в шесть утра выгуливать собаку. Но он знал, что после возвращения будет утренний секс. Андреа не возражала, когда по утрам он брал её, полусонную, быстро и немного напористо.
Первое время, когда Серж возвращался с утренней прогулки с Антоном, она уже хлопотала на кухне с завтраком, но он деликатно намекнул, что раннему завтраку он предпочитает ранний секс. Женщина с радостью согласилась: и поспать можно подольше, и день начнётся с хорошего дела – секса с любимым мужчиной.
Сидя с Андреа на кухне за большим столом, освещённым ласковым утренним солнцем, и поедая свою овсянку, Серж спросил:
- Скажи мне, бывают подвязки для чулок с монограммами?
- Ни разу не видела. Но, милый, я, вообще-то, не специалист по подвязкам. До знакомства с тобой я носила колготки. Теперь я ношу чулки с поясом, иногда, как ты знаешь, чулки с резинкой – всё для Вас, мой гурман. А почему ты спросил? Хочешь, чтобы я носила чулки с подвязками? Это неудобно, подвязки сползают, а чулки перекручиваются и морщат. Можно попробовать разве что для игр в постели.
- Это ты хорошо предложила, но я спросил не поэтому. У девушки, найденной вчера мёртвой в каньоне, как и у той, первой, на шее была чёрная подвязка для чулок с вытравленной монограммой, буквами ОР. Мне интересно, монограмма заводская или самодельная.
- А если самодельная, то что?
- Монограмма, нанесённая вручную, должна содержать скрытый смысл, а не сокращённый бренд фирмы. Она может послужить зацепкой для раскрытия преступления. Возможно, это сам убийца наносит монограмму, заранее готовит свой фетиш - опознавательный знак для своих жертв. А монограмма – это аббревиатура его девиза.
- Мой дорогой, ты можешь ошибаться. Сейчас так много частных маленьких фирм, торгующих чем угодно. Они покупают полуфабрикаты и доводят их до ума, придают им рыночный блеск. Так может быть и с этими подвязками: маленькая мастерская закупает простые подвязки, наносит монограммы, тот же сокращённый бренд своей фирмы, и продаёт в розницу, а скорее всего, сдаёт на реализацию мелким оптом в магазины.
- Да, ты права. Пусть полиция проверяет рынок женского белья. Интересно, вторая девушка свалилась в каньон тоже без сознания? Я уверен, что так оно и было. Но и без этого понятно, что это серийные убийства.
- Разве два убийства – это уже серийные убийства?
- Есть разные мнения: одни считают, что серийными можно считать убийства, начиная с трёх, другие - с двух. Я отношусь ко вторым. Скажи мне, Андреа, женщины носят подвязки только с чулками без резинок или с чулками с резинками тоже?
- Женщины из селений не в счёт?
- Не в счёт.
- Эротические игры не в счёт?
- Не в счёт.
- Тогда никак не носят, это неудобно. А ты считаешь, что убийца – это женщина? Убитые девочки были маленькими и тоненькими или нормальными здоровыми девицами?
- Мне помнится, они были нормальными развитыми девушками. Да, сбросить их в бессознательном состоянии в каньон, да ещё ночью, и при этом самому туда не свалиться, это мужская работа, ты права. И поскольку ты сегодня всё равно работаешь, съезжу я, пожалуй, с Антоном в Веруделу, потолкаюсь там, может, что пронюхаю.
- Ты хочешь заняться раскрытием этих преступлений? Джозо да Лука это не понравится. Ни в одной стране, - я уверена, и в России тоже, - полиция не любит, когда суют нос в её дела. Я знаю Джозо, он может быть очень жёстким.
- Дорогая, у тебя был с ним роман? Расскажи мне быстро, как это было? Он был достаточно жёстким? Где вы занимались с ним этим? – Серж начал валять дурака.
Андреа встала, чтобы убрать со стола, и, подойдя к нему, обняла и поцеловала:
- Нет, у меня не было с ним романа. Он хороший человек, но он полицейский, а для меня это уже диагноз. Делай, что хочешь, но береги себя для меня. Антон, защищай хозяина!
Антон, не вставая с пола, застучал по нему хвостом и принял позу сфинкса, а пасть весело распахнул от уха до уха. .
- Договорились. А на танцы в Веруделу мы ещё поедем? Или ты теперь побоишься?
- Конечно, поедем. И ночью мы с тобой займёмся сексом прямо над каньоном. Хочешь такого адреналина?
- Ну не знаю, может, это будет слишком даже для меня? – засомневался Серж.
- Ах вы, мужчины, заведёте девушку, а сами в кусты! Ну-ка, помоги убрать со стола, мне в магазин пора!
Была суббота, и народу в Веруделе было - не протолкнуться. На уик-энд в прибрежную Хорватию на своих машинах приезжали немцы, австрийцы, венгры, чехи и прочие европейцы. Пляжи, скалы и рощи у моря в выходные дни кишели отдыхающими.
На стоянке у отеля Парк Серж обратил внимание на внушительный чёрный БМВ 540, это была машина старшего инспектора да Лука. Значит, и другие полицейские здесь, но в штатском и не на полицейских машинах, чтобы не пугать отдыхающих. Это сколько же народу им придётся опросить только в одном этом отеле! А, кстати, вон стоит на стоянке и стильный, с крышей, мотороллер марки БМВ С1 сержанта полиции Франджо да Лука, племянника старшего инспектора.
«В понедельник бы сюда приехать, да дело не терпит», - подумал Серж. Натыкаться здесь на Джозо да Лука ему никак не хотелось. Полицейский и так нюхом чует в нём бывшего сотрудника спецслужб, а уж если он заподозрит Сержа в проведении самостоятельного расследования, то сможет доставить ему большие неприятности.
Последний раз Серж выполнял работу перед Новым годом дома, в России, по контракту с одной из российских спецслужб (см. роман Ярослава Кочанъ «ПЭТЧ УОРКЕР БЛЮЗ»). Гонорар вместе со всеми входящими денежными потоками в тот раз оказался таков, что можно было никогда больше не работать. И что в итоге? Он поселился там, где ему нравится, у него есть любимая собака и прекрасная женщина, у него есть уютное кафе в чудесном месте, кругом милые люди. Есть его пэчворк, в конце концов! Но скучно, от безделья Серж в Пуле совершенно измаялся.
И вдруг – серийные убийства! Да ещё какие! Это же песня! Одни подвязки для чулок на шеях утопленниц чего стоят! Молодые здоровые девушки, приехавшие на море отдыхать и развлекаться, утоплены в каньоне. Кто убийца: мужчина или женщина, местный или приезжий, жертвы случайны или их что-то связывало? А может, действительно, это самоубийства?
Наверху у каньона полиции не было, очевидно, здесь они уже всё осмотрели. Но на воде в створе расщелины покачивался большой катер, также без полицейской раскраски. Ясно было, что мэр основательно проинструктировал полицию на предмет тщательной маскировки проводимого расследования. И он прав: если отдыхающие испугаются и начнут разъезжаться, город потеряет немало денег.
Серж понял, что с катера спустили аквалангистов осмотреть дно в самом каньоне и, по возможности, вокруг него. Полиция не исключает возможности обнаружения под водой ещё трупов с повязками на шее.
Если маньяка не поймают сразу, старший инспектор закинет частую сеть. И все приезжие, а в первую очередь - из России, будут рассмотрены очень скрупулёзно. То, что Серж будет в этом списке одним из первых, сомнению не подлежало.
«Всё, что ни делается, делается к лучшему», - рассудил Серж, направляясь на стоянку к своему автомобилю и доставая сотовый телефон. Разговаривал он по-русски:
- Привет, это тот, с кем ты был по разные стороны. Просьба: позвони своему другу, тому, который ближе ко мне, чем к тебе, лучше по разовому телефону, и спроси, через сколько времени он сможет быть на ближайшей к отелю автобусной остановке. Сообщи мне. Спасибо.
Телефон зазвонил через несколько минут.
- Да, я понял. Через тридцать минут пусть подходит на остановку, стоит пять минут, идёт к следующей. Спасибо.
Через сорок минут на дороге, ведущей из Веруделы в Пулу, среднего роста худощавый жилистый темноволосый мужчина, стриженный ёжиком, сел в догнавший его чёрный Мерседес Бенц, и машина побежала дальше. Не доезжая до автобусной остановки, автомобиль свернул направо и метров через сто пятьдесят остановился у небольшого ресторана Рибарска колиба – Рыбацкая хата, у входа в который лежал огромный якорь.
Двое мужчин, вышедших из автомобиля, зашли внутрь. Ресторан уже работал. Он нависал над водой морского залива–канала со стоянкой яхт Марина-Веруда, и вся стена напротив входа представляла собой сплошное окно, за которым качались на лазурной волне большие и малые яхты, и было их - не счесть. Гости прошли мимо бара и заняли столик у открытого окна, официант принёс меню.
- По бокалу пива сразу принесите, - попросил Серж. – Нет возражений?
- Никаких возражений! – откликнулся его спутник. – Знакомиться будем? Я – Дамир Иванов из Москвы, заехал тринадцатого июля в отель Парк на пятнадцать дней. Сорок пять лет, не женат, работаю автомехаником. На Вы, на Ты?
У него было симпатичное открытое лицо славянского типа с весёлыми неожиданно антрацитово-чёрными глазами. Выглядел он лет на десять моложе своего возраста.
- На Ты, - улыбнулся Серж. – Мы хоть и видимся в первый раз, но друг о друге наслышаны. Так ведь?
- Так, - кивнул Дамир. – Мне тебя точно описали, трудно было бы не узнать.
- Ну, а мне по электронной почте твоё лицо сбросили. Итак, я – Сергей Петров, для тебя Серж. Живу в Пуле уже полгода, купил небольшое кафе, бью баклуши. Что ты здесь, я знал. Ты слышал, что здесь произошло?
- Ты про девушек из каньона? Конечно, слышал, но в детали не вникал.
- Похоже на серийные убийства. Есть предложение заняться расследованием.
- Ого! Серийные убийства - в таком тихом месте? Я за неделю ни одного полицейского не видел ни здесь, ни в Пуле. Хорваты говорят, у них даже краж не бывает, крадут только приезжие. Но если предлагаешь расследовать, я – за. Неделю такого отдыха мне вполне хватило. Пить я не особый любитель, женщин, таких, чтобы зацепило, здесь нет, а другие надоели. Рассказывай.
- Ты закажи нам поесть, здесь очень вкусно готовят, мне – истарскую фритаю и мидии, а я схожу узнаю, можно ли привести собаку.
Серж поднялся со стула, подошёл к администратору, стоящему у барной стойки, и перекинулся с ним несколькими фразами. Вскоре он вернулся на место уже с Антоном. Пёс улёгся под окном и задремал.
- Заказал?
- Да, и себе – то же, что и тебе: мидии и фритаю. Мидии – это мне понятно. А что такое – истарская фритая?
- Это яичница. В Истрии любят спаржу, и одно из блюд со спаржей, которым они гордятся, – истарская фритая. Это яичница-болтунья, в которую помимо спаржи добавляют пршут, панцету и трюфели.
- Трюфели не пробовал, но знаю, что это такое. Пршут, истарский окорок, ел, понравилось. Панцета – это что?
- Это бекон, способ приготовления такой же, как для пршута, то есть его тоже коптят на углях, а затем вялят на солнце и морском ветре, но готовят его из свиной грудинки. А вот и наш заказ.
Официант принёс еду и расставил её на столе.
Дамир недоумённо смотрел на свою тарелку:
- Вот это буро-зелёное изделие и есть знаменитая яичница фритая?
- Именно она и есть, - засмеялся Серж. – Да, вид невзрачный, но вкус тебе понравится, ешь. И расскажи, что тебе известно о гибели девушек, что говорят в отеле, на пляже. А может, ты знал вторую утонувшую девушку, ту, что жила в твоём отеле?
- Слушай, действительно вкусно, - Дамир с аппетитом поедал знаменитую фритаю с кусочками вяленого мяса, грибами и зелёной спаржей. – Да мало что говорят, люди приехали отдыхать и не хотят заморачиваться по поводу двух несчастных случаев. Я слышал, что одна за другой, через неделю, утонули две девицы, одна была из нашего отеля. Я её не знал, нас там - около трёхсот человек. Так что рассказывай ты, что произошло.
Серж покончил с мидиями и принялся за фритаю.
- Вчера из каньона выловили тело шведки Анны Ларсон двадцати пяти лет, замужней. Она приехала десять дней назад вдвоём с подругой, жили они в твоём отеле в одном номере. За неделю до этого в каньоне утонула другая девушка, Софи Миллер из Германии двадцати трёх лет. Тоже приехала с подругой, но была незамужней. Жили они неделю в отеле Бриони. У обеих погибших девушек на теле никаких травм, а на шее – чёрные подвязки для чулок с вытравленной монограммой ОР. По шведке заключения эксперта ещё нет, а первая девушка утонула, будучи сброшенной в море без сознания.
- И каковы версии, какую мы будем раскручивать? Мы же не в России, нас здесь всего двое, на все версии сил не хватит. И полиции, наверное, не понравится наша самодеятельность.
- Всё правильно говоришь, так дадут по рукам – мало не покажется. От криминальной полиции делом занимается старший инспектор Джозо да Лука. Высокий здоровый брюнет постарше нас с тобой, ходит в штатском. Не видел такого в отеле?
- Видел. Серьёзный мужчина, посмотрел на меня, как сфотографировал.
- Думаю, всё, что можно узнать о тебе в отеле, он уже знает. Ты русский, значит опасен.
- А ты? Ты тоже опасен?
- Он так думает. Хорватия всего семь лет как закончила воевать со всеми своими бывшими соотечественниками по Югославии. Россия, как ты помнишь, сочувствовала Сербии, наши добровольцы воевали на её стороне. А с сербами у Хорватии была особенно лютая война, резали друг друга самым зверским образом, что те, что другие. Так что нелюбовь к россиянам у хорватов только-только начинает проходить, туризм для них всё-таки важнее прежних обид. Но вот Европа и Соединённые штаты трубят не первый год о русской мафии, пугают весь мир. И положа руку на сердце, давай признаем, основания для этого имеются, наши «братки» любят сейчас по заграницам шастать. Поэтому я для да Лука как красная тряпка для быка. Хотя мужик он умный и пока ко мне не цеплялся, но в связи с этими убийствами будет проверять меня очень тщательно. Вот тебе сотовый телефон для связи со мной. Вычислить его не должны, но предосторожности не будут лишними: говорить эзоповым языком, только самое необходимое и без имён. Мой номер там забит. Пока будет возможно, считается, что мы незнакомы. Прижмут - мы знакомы шапочно, когда-то где-то в Москве виделись.
- Это понятно, - Дамир взял у Сержа аппарат и опустил в карман брюк. – Что ты сам думаешь про убийства?
- Ты прав, что все версии мы не потянем. Будем считать, что убийства серийные, так как их уже два, и они связаны между собой хотя бы этими подвязками. Между убийствами прошло времени около недели, это может быть время, необходимое убийце для успокоения, «остывания». Убийцей может быть как мужчина, так и женщина. Если бросали в каньон с берега, скорее всего это мужчина, так как оглушить жертву, а потом сбросить с обрыва, не оставив следов, женщина вряд ли сможет. Но тела могли сбросить в воды каньона и со стороны моря с яхты, с катера, с лодки. Тогда убийцей может быть и женщина, но скорее всего, с сообщником. Но зачем такие сложности, почему надо топить жертву именно в каньоне? Каковы мотивы убийств? Серийных убийц по мотивам классифицируют как властолюбцев, сластолюбцев, визионеров, миссионеров и каннибалов. Каннибалов исключаем сразу, не наш случай, у девушек все части тела в наличии. Остаются четыре типа возможных убийц: властолюбец - убивает ради чувства превосходства над жертвой, которая не может оказать ему сопротивление. По жизни у него комплекс неполноценности; сластолюбец - получает при убийстве сексуальное удовлетворение; визионер - как правило, шизофреник, убивающий по приказу «голосов», которые он слышит; миссионер - это мститель или судья, очищающий общество от «грязи» - гомосексуалистов, проституток, людей низшей расы и т.п.
Мужчины покончили с едой.
- Куришь? – спросил Серж.
- Нет.
- Отлично, я тоже нет. Ещё по кружке пива?
- С удовольствием! А здесь действительно хорошо готовят, мне понравилось. Хотя наша яичница-глазунья на шкварках не хуже этой фритаи, да и выглядит аппетитнее.
- Да это мы только закусили, – засмеялся Серж, подзывая официанта. - В следующий раз приедем в обед и закажем что-нибудь из фирменных блюд. В Рыбацкой хате - это фаршированные кальмары в соусе, Хижина Фишера - густой суп из рыбы в "лодке", сделанной из хлеба, спагетти с креветками в чесночном соусе и чёрное ризотто - с чернилами каракатицы. Вот тогда ты оценишь, какие здесь повара!
- Я смотрю, ты любишь вкусно поесть, - одобрительно заметил Дамир.
- И не только поесть. Я люблю многое в этой жизни, но могу довольствоваться малым. Мне немного надо: верная собака, хорошая музыка, простая еда и выпивка– мне хватило бы и этого. Ну, женщина - это конечно! Но если есть возможность большего, почему нет?
- Я понимаю тебя, с возрастом начинаешь ценить жизнь во всех её проявлениях. Но вернёмся к нашим баранам. Почему девушек утопили в каньоне, расположенном в таком людном месте? Только потому, что они отдыхали в близлежащих отелях Бриони и Парк? А может, убийца тоже отдыхает в одном из них? А может, он там работает?
- Может быть. От твоего отеля Парк до начала расщелины 40 метров, от отеля Бриони – 200. Куда бы ты из своего отеля ни пошёл: направо в Бриони, назад в Пулу, прямо на пляж или налево - тебе не надо идти мимо каньона, он находится между тобой и морем, чуть правее пляжа. А из Бриони на ваш пляж Хавайка идти надо мимо каньона. То есть, из двух близлежащих отелей к каньону мимоходом можно попасть только из Бриони. Это нам что-то даёт?
- Пока нет. А с другой стороны, ты, например, приезжаешь сюда из города купаться?
- Да, часто приезжаю, и не только купаться. Мы с подругой приезжаем сюда по вечерам потанцевать, погулять. Здесь иная атмосфера, более беззаботная, чем в городе, да и среди незнакомых людей хочется иногда потолкаться. Да, убийца может быть из города. Он может быть вообще откуда угодно. Познакомился здесь с девушкой, встречается с ней и, назначив ей вечером романтическое свидание на берегу недалеко от каньона, по какой-то причине губит её. Убийца оглушает жертву, продевает её голову в подвязку с монограммой и сбрасывает тело в ущелье, в воду.
- Так кого будем искать?
- Забыл упомянуть: убийства ещё могут быть ритуальные, для совершения религиозного обряда. Но в этом варианте я сильно сомневаюсь. А вот подвязки для чулок с монограммами – это серьёзная зацепка. Понять бы, что означают эти буквы – О и Р. Завтра решим, кого искать. А сегодня ты займёшься каньоном, отелями и всеми примыкающими местами. Понюхай, пощупай, послушай – может, что зацепишь. А я попробую в Пуле узнать что-нибудь у полиции, у журналистов, у местных. Предварительно договариваемся, завтра в четырнадцать обедаем здесь. Если что - созваниваемся.
- Хорошо, договорились, завтра дегустируем здесь фирменные блюда. За сутки постараюсь не разочаровать тебя, - улыбнулся, хитро прищурив азиатские глаза, Дамир.
- Мы с Антоном посидим ещё, а ты возвращайся к отелю лучше вдоль залива, хотя я думаю, что наш приятель господин Джозо всё равно очень скоро узнает о нашей встрече.
Дамир встал и протянул руку:
До завтра, Серж. Приятно будет поработать с тобой.
Серж пожал крепкую жёсткую ладонь:
- До завтра, Дамир.
Оставшись один, Серж, заказав чёрный кофе, не спеша потягивал густой ароматный напиток, задумчиво наблюдая за скользящими по воде яхтами. Глушилку, лежащую в кармане брюк, он отключил. Пока они с Дамиром беседовали, прослушать или записать их разговор было невозможно. Официант бесшумно и ловко прибрал на столе.
- Здравствуйте, господин Серж!
Серж обернулся. У стойки бара стоял за чашечкой кофе и, улыбаясь, раскланивался с ним высокий плечистый молодой человек в белой тенниске и светлых брюках.
- Добрый день, Франджо! – приветливо поздоровался Серж с сержантом полиции, племянником старшего инспектора. «Ну, вот и соглядатай! В нашей деревне никуда не спрячешься!» - Как дела?
- Потихоньку, господин Серж, потихоньку! Работаем!
- Успехов Вам! Антон, пошли!
- Спасибо, господин Серж! Всего Вам доброго!
Разворачивая машину и стараясь не задеть мотороллер сержанта, через идеально чистое стекло двери ресторана Серж увидел, как бармен что-то рассказывает сержанту, а тот, склонившись над стойкой, внимательно его слушает. «Хороший парень, умный и старательный. Дядя для него – образец для подражания. Франджо под его началом и работает. Может быть, когда-нибудь и он станет старшим инспектором». Мерседес выехал на дорогу и повернул направо, в Пулу.
«А когда мы с Андреа идём на концерт в Арену, сегодня или завтра?» В Пулу приехали три тенора, Доминго-Каррерас-Паваротти, один концерт дают в знаменитом амфитеатре Арена сегодня вечером, второй – завтра. Пропустить это событие Серж не мог, Лучано Паваротти был его любимцем. Да и Андреа нравилось посещать с ним такие мероприятия. «И наверняка я встречу там всех, кто меня интересует».
Добавить статью
Комментарии (6)