Глава одиннадцатая. Ненасытный каньон
В 19:30 на автомобильной стоянке у отеля Парк, в дальнем её углу, невидимом из окон первого этажа отеля, сидели и разговаривали в чёрном БМВ двое: Серж и старший инспектор.
- Что Вам стало известно, господин Серж, о чём Вы не знали вчера?
- Мне известно, что у Бланки есть чёрные подвязки для чулок, несмотря на то, что сама она носит колготки. Я знаю, что все три убитые девушки имели интимную связь с Лео, знаю, что вечером в день своей гибели Ведрана сообщила Лео о своей беременности, после чего они жестоко поссорились. Думаю, что Лео знал, что убийца девушек-иностранок – Бланка, и знал про чёрные подвязки. Моя версия: двух девушек убила Бланка, Ведрану – Лео, замаскировав убийство под серию.
- Доказательства будут?
- У меня? Лучше не надо.
- Что, опять «закладка»?
- Боюсь, хуже, господин старший инспектор.
- Ладно, об этом поговорим после.
- Мы не опоздаем?
- Не волнуйтесь, господин Серж, всё под контролем. Лео работает на ресепшн, в холле – мои люди. Госпожа Бланка – в своём кабинете с тремя моими сотрудниками, сидит в кресле вдали от окна, стола, сейфа и шкафа. Таковы были мои инструкции. Ей передали мою почтительную просьбу дождаться моего приезда, а мы с ней уважаем друг друга.
- Как Ваши люди оказались здесь так быстро?
- После третьей жертвы мы организовали патрулирование этой зоны. Молодые спортивные ребята гуляют, купаются, загорают – вот они-то в течение нескольких минут после моего звонка и блокировали наших подозреваемых.
- Вы говорите, что уважаете с Бланкой друг друга. Вы где-то пересекались с ней?
- На войне. Бланка Станич – неординарная женщина, сильная личность. С 12 лет занималась джиу-джитсу, в 14 осиротела, в 18 лет вышла замуж по любви, родила дочь, а потом мужа убили на войне: сербы расстреляли его, раненого, вместе с другими военнопленными. Она оставила пятилетнюю дочь Митичам и ушла воевать. Год она воевала против сербов в отдельном диверсантском отряде разведслужбы Генштаба хорватской армии, мстила за мужа. Я тогда командовал ротой "антитеррористической" военной полиции АТВП - военно-полицейских сил по борьбе с терроризмом, несколько раз мы выполняли совместные операции. Физически она в состоянии совершить то, в чём Вы её обвиняете. – Полицейский вздохнул: - Идёмте, господин Серж, как ни тяни, неприятные дела делать надо.
В холле отеля ничего не говорило о том, что здесь назревают события: вновь прибывшие туристы заполняли анкеты гостей, проживающие выходили погулять после ужина, сотрудники за стойкой ресепшн быстро и деловито исполняли свои обязанности. Между симпатичными администраторами-девушками работал и красавец Лео, приветливо улыбаясь клиентам-женщинам. В креслах холла Серж заметил двух крепких молодых мужчин, лениво перелистывающих рекламные проспекты.
Кабинет управляющего отеля находился в служебном коридоре за дверью слева от стойки ресепшн. В нём всё было так, как сказал да Лука: три мужчины и одна женщина. Справа от входа в удобном мягком кресле у журнального столика в непринуждённой удобной позе сидела Бланка Станич, управляющий отелем Парк, красивая молодая женщина в летнем брючном костюме, один сотрудник сидел на стуле у окна лицом к Бланке, второй – за её столом, третий – у входной двери.
- Здравствуй, Бланка, - поздоровался Джозо и сел на стул у окна, на место вставшего сотрудника. – Спасибо, что дождалась меня.
- Здравствуй, Джозо, - отозвалась Бланка своим красивым низким голосом. – Я всегда рада видеть тебя. Здравствуйте, господин Серж, садитесь, где Вам будет удобнее.
- Оставьте нас, - скомандовал старший инспектор своим людям.
Полицейские вышли из кабинета. Серж сел на стул, стоявший у входа, но подвинул его ближе к женщине.
- Бланка, дай мне, пожалуйста, ключи от сейфа, - попросил да Лука.
- Они в верхнем ящике стола слева.
Полицейский достал ключи и открыл сейф. Бумаги, лежащие на полках, он не стал вынимать, просмотрел так. Открыл ключом ящичек наверху и достал оттуда и положил на стол пару плоских целлофановых пакетов, пузырёк с бесцветной жидкостью, круглую прозрачную баночку с ватными палочками, небольшой элегантный пистолет и две заряженные обоймы с патронами, сотовый телефон, небольшую пластмассовую коробочку с выведенной гарнитурой – двумя наушниками и микрофоном, зарядное устройство.
- Всё твоё? – спросил он Бланку.
Спокойно, не меняя выражения лица, она ответила:
- Да, всё моё.
Старший инспектор вскрыл один целлофановый пакет и достал две чёрные подвязки для чулок. Затем он отвинтил крышку пузырька и осторожно понюхал:
- Раствор хлорки, обесцвечивает материю. Окуни ватную палочку и пиши на чёрной материи, что хочешь.
Взял в руки пистолет и показал Сержу:
- Нравится? Хорваты разработали.
- Хорватский пистолет на базе HS2000, компактный вариант с укороченной рукояткой и стволом длиной 76мм. Калибр 9 мм, в магазине 10 патронов, - определил Серж.
- Верно, - уважительно взглянул на Сержа полицейский. – Откуда, Бланка?
- Из Загреба привезла, не удержалась, понравилась игрушка. Ты же знаешь, там рекламные объявления о продаже стрелкового оружия открыто размещают в центральных газетах. Вечером отправляешь СМС, а утром можно уже забирать «ствол».
- Дай ключи от машины, пожалуйста.
Он взял у женщины ключи и, приоткрыв окно, бросил их сотруднику, стоявшему под окном:
- Проверьте машину.
Серж тем временем взял в руки пластмассовую коробочку с гарнитурой и, рассмотрев её, спросил Бланку:
- Это - изменитель голоса?
- Да, - кивнула она.
Да Лука взял телефон, вынутый из сейфа, включил его и, спросив у хозяйки пароль, активировал. Затем достал свой телефон, нашёл в контактах нужного абонента и сделал вызов. Телефон из сейфа зазвонил.
- С этого телефона были сделаны последние вызовы погибшим девушкам, - констатировал полицейский.
- Да, я звонила с него, - подтвердила Бланка.
Усевшись поудобнее на стуле у окна, старший инспектор попросил:
- Рассказывай, Бланка, и лучше - всё с самого начала. Господин Серж, разрешите попользоваться Вашим чудесным диктофоном.
Взяв у Сержа диктофон, который тот достал из кармана и включил, он положил его на стол.
- С самого начала? Ну, что же, слушайте. В 14 лет я осиротела и дальний родственник покойной матери 24-летний молодой адвокат Грегор Митич забрал меня из моей деревни в Пулу.
Ретроспектива. 21 год назад. Бланка
Она лежала на постели за занавеской, закрыв глаза и раздвинув согнутые в коленях ноги. Ночная рубашка была задрана до пояса. Между ногами копошился её сыночек, её Лео, маленький человечек, самый любимый на свете! Счастье переполняло её. Она произвела на свет сыночка, она дала ему жизнь! Он её, только её! Она его мама! Какоё это счастье, что он есть! Истома, исходящая из чрева, волнами разливалась по всему телу.
В прихожей щёлкнул дверной замок, послышались голоса.
- Бланка, вы где? – спросил молодой женский голос.
Бланка схватила годовалого малыша на руки и, одёрнув рубашку, соскочила с кровати. Отодвинув занавеску, пошла в прихожую навстречу молодой паре, Грегору и Мирне Митич, снимавшим верхнюю одежду.
- Здесь мы, - ответила она, ласково прижимая к себе ребёнка, - мы спали. Хорошо покушали и спать легли с моим сладким.
Молодая женщина взяла у неё малыша и расцеловала бутуза в обе щеки.
- Ух, какой сладкий, сыночек мой! Соскучился по маме? – тормошила она ребёнка. Маленький Лео развернулся на руках матери к девушке и протянул к ней руки: «Ма-ма!» Мирна засмеялась и охотно вернула его Бланке.
Мирна родила сына в девятнадцать лет и ей нравилось лишь числиться матерью Лео, возложив все заботы о нём на Бланку. Она была молода, красива, любила мужа и развлечения. Ребёнок с его плачем по ночам, болями в животике и режущимися зубками раздражал её.
Однажды, когда он закапризничал, мать замахнулась, чтобы отшлёпать его, но Бланка оттолкнула её: «Не бей Лео!» Мирна вскипела: «Ты кого толкнула? Ты меня толкнула?» Бланка схватила ребёнка на руки и повернулась к наступающей на неё женщине боком: «Тебя! Не дам бить моего сыночка!» Когда Мирна наскочила на неё, пытаясь вырвать сына, пятнадцатилетняя крепкая девушка так двинула её бедром, что та отлетела назад и упала на кушетку, онемев от изумления. Через минуту обе хохотали над стычкой: они были молоды, смешливы и хорошо дружили.
В окно постучали, да Лука открыл створку. Полицейский передал ему ключи от машины:
- Ничего нет, всё чисто.
Джозо положил ключи на стол.
- Продолжай, Бланка, мы слушаем.
- Он звал меня мама Бланка, он и сейчас зовёт меня так, когда хочет доставить мне приятное или подлизаться. Когда Лео было четыре года, я вышла замуж и переехала к мужу. Мы жили здесь же, в Пуле. В 19 лет я собралась рожать и изо всех сил хотела сына. Мужу было всё равно, лишь бы роды прошли хорошо, и ребёночек был здоровеньким. А мне нужен был только сын, чтобы они с моим Лео вместе играли, дружили и росли, разница в возрасте в пять лет со временем была бы совсем незаметна. Я как знала, что если родится девочка, быть несчастью, она встанет между мной и Лео. И родилась красивая, здоровая и умненькая девочка, моя Ведрана. Она росла и играла вместе с Лео. А он превратился сначала в нескладного подростка, похожего на неуклюжего щенка породистой собаки, а потом - в высокого светловолосого, с голубыми глазами, красавца парня. Хорват славяно-германской крови, в мать, - таким стал мой Лео. Когда он приехал в это лето, я увидела молодого полного сексуальной энергии мужчину. Он не мог равнодушно смотреть на хорошеньких девушек, он хотел их всех и он их всех получал. От него исходит невероятная энергетика, и женщины летят на неё, желая только одного: чтобы он испепелил их. И я не стала исключением, я почувствовала, что меня влечёт к нему как к мужчине. Но он же мой сыночек, моя кровиночка, для меня это – инцест, кровосмешение, абсолютно невозможно. Ведране я категорически запретила встречаться с ним. Я видела, что Лео ещё не способен полюбить, он купается в наслаждениях, ему нужна острота и новизна. А эти мерзкие суки, что вьются вокруг него, - они как вампиры: они высасывают его душу, отравляют развратом его кровь, и он всё больше превращается в алчное ненасытное животное, такое же, как и они. И когда мы, в нашем Обществе Любящих Матушку-Землю, заговорили, что пора от слов переходить к делу, я решила, вот они – первые жертвы для Матушки-Земли. Молодые репродуктивные самки гнилого общества потребления, ещё не успевшие наплодить себе подобных, – это именно то, что надо. Земля должна чувствовать наше раскаяние, желание загладить вину, измениться. Океаны и моря – это мозг и кровь Планеты, и надо принести ей жертву именно в их воды. Каньон – рядом, так всё и получилось.
- Что означают буквы ОР? – спросил Серж.
- Oprosti i Prihvati – Прости и Прими, как продолжение девиза нашего Общества - Прости и Помоги. Только там – на английском, а здесь – на хорватском. Почему подвязки? Незаметно, удобно, надёжно. Я купила их в Загребе.
- Как ночью к каньону попадали девушки? – задал вопрос да Лука.
- Они глупые и жадные. Лео никому не давал свой телефон и не разрешал им подходить к нему в Веруделе: у нас запрещено неформальное общение с гостями. Но я всё равно, на всякий случай, выбирала день, когда он не работает. Я узнавала их телефоны, это несложно, они есть в анкетах гостей, и звонила им вечером изменённым голосом, представляясь Лео. Он, якобы, приглашал их на увлекательное ночное путешествие на яхте в Венецию. Изменённый голос я объясняла необходимостью защиты от перехвата разговора портовой полицией и береговой охраной. Встреча назначалась на берегу у каньона, около стены капелицы. Им так нравилась вся эта таинственность, что они бросали всё и мчались навстречу судьбе. Остальное было делом техники. Ну, а отлучиться из кабинета на полчаса я могу в любое время, у меня много дел на территории отеля.
- Их телефоны ты изымала?
- Да, я забирала их, а потом разламывала и выбрасывала где-нибудь в ливнёвую канализацию. Телефон, что перед тобой, я купила в Загребе на чёрном рынке. Там же я купила и это устройство для изменения голоса.
- Бланка, ты знаешь, кто убил Ведрану? Это сделал Лео?
- Нет, Лео этого не делал, он не виноват. Ведрана сама виновата, я запретила ей встречаться с ним.
- Так кто её убил?
- Это произошло случайно. Она позвонила мне в тот день около десяти часов вечера и, рыдая, закатила мне скандал по телефону. Потом сказала, что сейчас приедет, и мы встретимся на берегу у капелицы. Я пыталась отговорить её, просила, чтобы она дождалась меня дома, но она отключила телефон. Моя машина в тот день была у неё, и она доехала быстро. Я уже ждала её на берегу. Она была пьяна, чего раньше с ней никогда не случалось, и у неё была истерика. Я узнала, что они встречались с Лео и что она беременна, услышала, что Лео оттолкнул её, когда узнал, что она ждёт от него ребёнка. Для меня это не было неожиданностью: я видела, что он ещё не стал мужчиной, он был просто красивым сильным самцом. Я не винила его, я винила её и прямо сказала ей об этом. Она пришла в ярость, я никогда такой её не видела. Она кричала, что я не мать, а голодная сука, что я запрещала ей видеться с Лео, чтобы самой трахать его. Кричала, что Лео любит иметь её в моём белье и на моей подушке и, когда берёт её, спрашивает, есть ли у меня мужчины и привожу ли я их на эту постель. Я была совершенно обескуражена всем этим и, когда она бросилась на меня с кулаками, я оттолкнула её, наверное, слишком сильно. Мы стояли на бетонной площадке, она оступилась на её краю и упала, ударившись при этом головой о камни стены капелицы. Я бросилась к Ведране, но её сердце уже не билось. По понедельникам, после бурного уик-энда, туда никто не приходит в темноте, и я не боялась, что нас увидят. Я сидела у её тела, и мыслей не было никаких. А потом я поняла, что это испытание, что Матушка-Земля требует от меня ещё большей жертвы. Я подняла свою дочь и перенесла ближе к каньону, к обрыву, туда, где кусты растут густо, и где на неё не наткнутся случайные парочки. Сама я пошла в отель, в этом кабинете достала из сейфа чёрную подвязку, пузырёк и ватные палочки. Вернувшись к дочери, я одела ей на шею жертвенный знак, поцеловала и отдала Матушке-Земле.
Все молчали. Да Лука выключил диктофон и вопросительно посмотрел на Сержа, тот кивнул. Старший инспектор убрал диктофон в карман, сложил обратно в сейф всё, что вынимал оттуда, запер сейф, ключи тоже положил в карман. Встав со стула, он с печалью посмотрел на женщину, сидевшую в кресле всё так же спокойно и удобно:
- Пошли, Бланка, я отвезу тебя в Управление.
- Джозо, можно не одевать на меня наручники, пока мы не сядем в машину? Пусть мои сотрудники и Лео пока ничего не знают, - попросила Бланка, поднявшись с кресла.
- Можно, - коротко ответил полицейский.
Выходя из кабинета, он приказал сотрудникам, стоявшим в коридоре:
- На выход. Второго не трогаем.
Народа в холле не убавилось, только детей стало больше. Они носились между взрослыми, визжали и кричали. Никто не обратил внимания на вышедшую из служебных помещений и направившуюся к выходу группу людей. Бланка шла так, как будто уезжала куда-то с вип-гостями, засидевшимися у неё в кабинете.
Выйдя в ярко освещённую фонарями отеля ночь, где веселье и смех ещё и не собирались утихать, полицейские, Бланка и Серж всей группой направились к автомобилям. Молнией вдруг метнулась Бланка вбок, в сторону моря, сшибая с ног здорового полицейского, шедшего рядом с ней, и пулей помчалась в темноту рощи, где через сорок метров начинался каньон.
- Не стрелять! – закричал старший инспектор, бросаясь вместе со всеми в погоню. – Не стрелять!
Бесшумно по хорошо знакомой местности неслась где-то впереди несчастная Бланка. Иногда мелькала между деревьев её чёрная фигурка на фоне серебристого в свете луны моря. Похоже было, что летела она к загородке у обрыва пропасти. Уже выбегая вместе с остальными преследователями на вытоптанную туристами площадку, при свете яркой луны увидел Серж, как с разбегу взмыла Бланка ласточкой над оградой и красиво ушла вниз в воды каньона. Запыхавшиеся мужчины подбежали к месту, где последний раз её нога касалась земли. Внизу была чернота, лишь иногда из пропасти был слышен плеск волн.
Часть полицейских в темноте, с трудом, оступаясь и поминая дьявола, спустилась вниз в каньон, остальные оцепили берег в его районе. Потом ждали, когда привезут сильные фонари, потом – когда придёт катер с аквалангистами. Лишь когда взошло солнце и отели стали просыпаться, операцию по поиску тела прекратили.
Добавить статью
Комментарии (6)